

Люди жили в окрестностях современного Шанхая более шести тысяч лет назад, о чем свидетельствуют найденные в земле глиняные сосуды и орудия труда, но город начал формироваться в период 771-476 годов до нашей эры.
Сначала получили развитие несколько городов, которые в те времена были разделены десятками километров, но со временем они разрастались и постепенно превратились в единый торговый центр и небольшой порт, имеющий чрезвычайно выгодное портовое положение.
После Первой опиумной войны 1840 года Китай вынужден был отказаться от Кантонской системы в пользу создания договорных портов в Шанхае. Многие страны начали создавать в Шанхае свои концессии, не подчинявшиеся китайскому законодательству, некоторые открыли там свои заводы, другие занимались добычей промышленного сырья.
Благодаря развитию и прогрессу, включая создание предприятий в банковской сфере, судоходстве, полиграфии, коммунальном хозяйстве, фармацевтике и архитектуре, город постепенно превратился в крупный процветающий порт, центр культуры и экономики, оказался в центре международного внимания как благоприятное место для торговли и стал единственным мегаполисом в Азии, имевшим международный статус.
Эти многообещающие условия привлекали людей со всего мира, которые приезжали в Шанхай, создавали там бизнес и интегрировались в растущее космополитическое общество.

В конце XIX века китайское правительство все больше увязало в политических распрях и иностранных вторжениях. Оправившись от разрушительных последствий восстания тайпинов и Второй опиумной войны, поздняя династия Цин столкнулась с беспрецедентными потрясениями. Увеличение числа военных действий, таких как франко-китайская война 1884-1885 годов, первая китайско-японская война 1894-1895 годов, также нанесло огромный удар по ослабевшей империи.
На этом фоне все больше революционных голосов раздавалось в поддержку перемен на различных уровнях общества, включая движение за демократию, права женщин и всеобщую грамотность.
К 1911 году империя Цин рухнула, что открыло путь для масштабных социально-политических перемен в Китае. По стране прокатилась волна социальных революций, выступавших за пересмотр традиционных методов управления государством. Самой заметной из них стало движение 4 мая 1917-1921 годов, стремившееся к достижению национальной независимости и эмансипации личности, которое ставило перед собой цель разрушить традиционное конфуцианство в пользу западных идеалов либерализма, прагматизма и национализма.
Это был период смелых и масштабных экспериментов с новыми идеями и убеждениями, которые впоследствии повлияли на развитие китайского общества. Что еще более важно, коллективное интеллектуальное и культурное брожение подготовило почву для превращения Шанхая в «Париж Востока» в 1930-х годах.

Оказавшись на стыке влияний Востока и Запада, в 1930-е годы Шанхай стал центром бурной ночной жизни. В этом городе, который, казалось, никогда не спал, существовали сотни кабаре, ночных клубов, элитных бальных залов. Возможно, самым известным и популярным из них был элитный ночной клуб «Paramount», привлекавший богатых и знаменитых жителей Шанхая и гостей города. Построенный в 1933 году в стиле ар-деко, этот бальный зал, расположенный на знаменитой улице Бублинг-Уэлл, был самым большим в городе. Хотя английское название этого зала отдавало дань его колоссальным размерам, в переводе на мандаринский язык оно означало «Врата к 100 удовольствиям».
Там каждую ночь звучала музыка, проходили танцы, организовывались званые ужины, на которые собирались кинозвезды, гангстеры, бизнесмены и политики. В двух шагах от клуба «Paramount» находился еще один элитный ночной клуб для богатых - «Ciro’s», построенный магнатом недвижимости Виктором Сассуном. Этот развлекательный клуб с роскошным садом, фонтаном и прудом был единственным, оснащенным централизованным кондиционированием воздуха.

Подобно Парижу 1920-х годов, Шанхай в 1930-е переживал свой собственный ренессанс. В основе этого возрождения лежало слияние Востока и Запада, зарождение культуры хайпай - слияние китайской и западных традиций, ставшей известной как шанхайская культура. Хайпай ярко проявлялся в искусстве, культуре, моде и даже в кухне.
Хотя первоначально этот термин звучал как уничижительный и использовался преимущественно жителями Пекина, насмехавшимися над предполагаемым региональным превосходством Шанхая и его всеобщим принятием западных ценностей, хайпай вскоре определил дух времени.
В духе новаторства, инклюзивности и коммерциализма быть приверженцем хайпая означало принимать новые формы западного потребительства и массовых развлечений.
В отличие от своих более консервативных соотечественников из других частей Китая, шанхайцы наслаждались городской жизнью и всем, что она могла им предложить. Они с удовольствием посещали торговые центры, открывали для себя оперу и балет, любили читать романы и журналы, а также стали первой и основной целевой аудиторией массовой рекламы.

На фоне распространения массовых развлечений и бурной ночной жизни в Шанхае возрастал спрос на интим-услуги, открывалось множество борделей, эта индустрия процветала и на улицах города, где работали так называемые «еджи» - нелицензированные дамы лёгкого поведения.
Постепенно Шанхай, процветающий портовый город, получил репутацию города греха, где торговля женщинами и организованная преступность вышли на первый план и стали контролироваться бандами гангстеров и триад. К 1930-м годам в городе насчитывалось более 100 тысяч гангстеров, что составляло около 3% от общей численности населения. Возможно, самой известной из них была «Зеленая банда» - китайский преступный синдикат, история которого восходит к XVIII веку.
Могущественная и коррумпированная «Зеленая банда», известная также как «Три магната», возглавлялась грозным трио в составе Ду Юэшэна, Хуан Цзиньжуна и Чжан Сяолиня. По сути, это были боссы мафии, которые иногда совмещали роли политиков и детективов. Они контролировали весь опиумный бизнес, азартные игры и интим-индустрию в городе. Им принадлежала компания «Саньсинь», которая осуществляла торговлю опиумом, а ее прибыль в период расцвета составляла треть от общего дохода городского правительства.

Когда в 1937 году Китай вступил в полномасштабную войну с Японией, и в Шанхае произошло одно из крупнейших сражений японско-китайской войны, завершившееся оккупацией города, свет в блестящем и гламурном Шанхае погас. В городе настало время лишений, неопределенности и нищеты.
Во время Второй мировой войны иностранные концессии в Шанхае некоторое время оставались нетронутыми и предоставляли убежище европейским беженцам. Благодаря своей экстерриториальности Шанхай был одним из немногих мест в мире, открытых для евреев, спасающихся от нацистских преследований в Европе. При этом японцы были жестоки к британским, голландским и американским гражданам, часто конфисковывали их имущество и прекратили действие всех иностранных концессий в Шанхае.
После Второй мировой войны Китай оказался охвачен гражданской войной, которая продолжалась до 1949 года и завершилась победой Коммунистической партии Китая (КПК), которая установила жесткий контроль над политической, экономической и социальной жизнью Шанхая. Город пережил кардинальные изменения, он перестал быть международным финансовым центром и потерял привлекательность для иностранцев. Все западные компании покинули город, развлекательные заведения были закрыты, была введена строгая цензура, и дни былой славы Шанхая как «Парижа Востока» подошли к концу.
Трибуна сайта
Наш рупор