Цитата:
Грандиозная финальная мистерия «Фауста» заслонила для читателей и интерпретаторов тот очевидный факт – недвусмысленно сформулированный в замечаниях Гете и Шиллера – что посвященный Елене третий акт второй половины «Фауста» является смысловым центром произведения, и был задуман как таковой. И Гете и Шиллер говорили, что это та точка, которая должна возвышаться над другими, и с которой должны обозреваться все остальные.
Почему Елена оказывается в центре замысла «Фауста»? Как ни странно, этот вопрос остается нетривиальным и сейчас, когда мы можем составить из комментариев к великой трагедии целую библиотеку. Попробуем подступиться к нему...
Замысел Фауста, управляющий событиями третьего акта, весьма прозрачен: чтобы достичь искомого совершенства в здешнем мире, ему нужно соединить два духовных мира, античный и новоевропейский, или, как он его называет, северный мир (мир в каком-то смысле готико-романтический)...
Стоит подчеркнуть, что мы дистанцировались от шпенглеровского концепта «фаустовской души»: Фауст – это не бесконечная погоня за ускользающими целями; это –точное знание своей цели как полноты БЫТИЯ в здешнем мире